?

Log in

No account? Create an account

Сентябрь 2019

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1
2345
6
78
9101112131415
161718
19
202122
23242526272829
30      

Официально

Крайне больно слышать о серьёзных проблемах у команды Williams...
http://www.formulamag.com/news/8730
Чтобы помнили, как говорится. И знали. Статья из журнала АМС (Автомотоспорт), приправленная фотографиями из одного забытого источника. Орфография сохранёна. Возможны неточности, не суть дело.

Один из столпов нынешней Формулы-1, человек, более сорока лет занимающийся автомобилями для королевы автоспорта.

"Однажды "бормотун" Хорсли предложил Фрэнку пари на пять фунтов стерлингов, что тот не добежит голым до ограды железнодорожной станции и обратно. Вильямс подождал темноты и, раздевшись, стремительно выскочил из дома. Когда Фрэнк примчался назад, дверь оказалась запертой."

 

 


 

Однажды увидев этого человека, его уже трудно забыть. Сильнее всего поражают глаза. Взгляд из-под нахмуренных бровей удивительным образом вмещает в себя настороженность и застенчивость, нетерпение и смущение, а по временам едва ли не злобу. Как будто он тихо шепчет про себя: "Ну-что-там-еще-какого-дьявола-вам-нужно-отстаньте-от-меня-дайте-работать-черт-вас-возьми".
Да, Фрэнк Вильямc не похож на своих коллег-менеджеров. Ни на тех, с кем работал когда-то, ни на нынешних хозяев "конюшен" формулы 1. Нет в нем ни мальчишеского энтузиазма Кена Тиррела, ни блестящего фейерверка идей Колина Чапмена. Нет открытости Брюса Мак-Ларена, иезуитской хитрости Берни Экrлcтоуна, богатства лорда Хескета, громадного гоночного опыта Джона Сертиза, максимализма Рона Денниса и управленческого таланта Флавио Бриаторе. Зато Фрэнк обладает одним уникальным качеством, которым не может похвастать никто из его бывших и настоящих соперников. Это умение проходить сквозь стены.
Вообще говоря, ничего волшебного в такой способности нет. Еще герои братьев Стругацких уверяли — преодолеть любую, даже самую непреодолимую преграду может обычный человек. Нужно лишь видеть цель, верить в себя и не замечать препятствий. Именно этим счастливым сочетанием в полной мере обладает Вильямc.
Впервые маленький Фрэнки увидел перед собой цель еще в школе. Родился он в сорок втором в местечке Саут-Шилдс, на северо-востоке Англии. Отец, военный летчик, оставил семью сразу после рождения сына. Мать была учительницей, а чтобы заработать денег на двоих в трудные военные и послевоенные годы, ей приходилось много работать. Времени же на воспитание собственного сына почти не оставалось. Так что формировался характер будущего "железного Фрэнка" в закрытой католической школе в шотландском Дамфризе, куда его отдали в семь лет.
Учеба не слишком нравилась Вильямсу — вс всяком случае что касается точных наук, он явно не стремился стать первым учеником. Затс сразу же проявил большую склонность к иностранным языкам. Но единственное, к чему действительно лежала его душа, были автомобили. Всеми правдами и неправдами добывая автомобильные журналы и книги, он читал их от корки и до корки, не всегда понимая, как сам признавался впоследствии, что там написано. Зато к десяти годам наизусть знал технические характеристики всех серийно выпускаемых в Англии машин.
Как вы догадываетесь, в глазах учителей такие способности вряд ли высоко оценивались. И тем не менее именно тогда, в первой половине пятидесятых, Фрэнк понял, чем будет заниматься в жизни. Большинство соучеников Вильямса были, разумеется, шотландцами. И почти все они болели за "Экюри Экосс", "шотландскую конюшню", как называлась тогда заводская гоночная команда "Ягуара". Английские машины выигрывали в Ле-Мане, а эти потомки диких горцев считали победы своими. Фрэнку такое положение казалось большой несправедливостью, и он решил, что когда вырастет, его собственная английская команда, в которой он сам будет "первым номером", станет лучшей в мире.
Итак, цель была ясна. Но как же много препятствий стояло на пути сына безвестной сельской учительницы! И как нужно было верить в себя, чтобы добиваться ее достижения!
Сам Фрэнк ни в чем не сомневался. В дни школьных каникул он колесил по Англии, бывая на всех гоночных трассах. Он мог пожертвовать чем угодно, лишь бы прокатиться на быстром автомобиле. Окончив школу в 1960 году, Фрэнк стал продавцом машин концерна "Рутc" и поселился в Нотингеме, где в школе для детей с замедленным развитием директорствовала его мать.
За жилье платить не приходилось, и уже в начале следующего года он купил принадлежавшего когда-то знаменитому Грэму Хиллу малыша "Остин-А35", подготовленного для гонок фирмой "Спидуэл". В апреле Фрэнк впервые выехал на трассу в Оултон-Парк, а вскоре, попав в аварию, разбил машину.
Восстанавливая свой "Остин", Вильяме понял, что ему не хватает специальных знаний, и совершенно спокойно — он решительно не замечал никаких препятствий! — бросил работу, чтобы прослушать курс в Техническом колледже. Впоследствии Фрэнк вспоминал об этом с раздражением: "Они пытались научить меня чему-то, объясняясь на рудиментарном английском!" Это его-то, который еще в школе, помимо прекрасного знания родного языка, свободно говорил по-итальянски, французски, немецки!
Колледж был немедленно заброшен, а Фрэнк устроился на бензоколонку, потом — водителем развозного фургона и наконец — комvивояжером. Но в 1963 году его попросили и с этой работы — продажа "Супов Кэмпбелла" у Вильямса шла не слишком весело. Однако Фрэнк ни минуты не горевал: он встретил Джонатана Вильямса и Пирса Кариджа.
Трое молодых англичан — а они были ровесниками — стали неразлучны. Фрэнк работал механиком у своего однофамильца. Втроем, вместе с пестрым цыганским табором формулы "Юниор", тогдашнего аналога формулы 3, Виль-ямсы и Каридж объездили всю Европу, причем как Западную, так и Восточную. Фрэнк благодаря отличному знанию языков вскоре стал своим в разношерстной компании гонщиков.
Жизнь была веселой и интересной. Но крайне бедной. Трое друзей, к которым присоединился будущий менеджер "Хескета" Тони Хорсли, по прозвищу "Бабблз" — "бормотун", еще один пилот ФЗ Чарли Крайтон-Стюарт, а однажды даже знаменитый гонщик формулы 1 Иннес Айрленд, снимали квартиру в меблированных комнатах в Харроу, на севере Лондона. Фрэнк был самым бедным в этой компании и платил за один диван, а когда вовсе не было денег, жил в фургоне Хорсли.
Но и хроническое безденежье не могло сломить Вильямса. Он по-прежнему ясно видел цель, а раз так, достижение ее — вопрос времени. Нужно лишь найти немного монет сегодня, завтра, послезавтра... Менее стесненные в средствах приятели подшучивали над ним. Однажды "бормотун" Хорсли предложил Фрэнку пари на пять фунтов стерлингов, что тот не добежит голым до ограды железнодорожной станции и обратно. Вильямс подождал темноты и, раздевшись, стремительно выскочил из дома. Когда Фрэнк примчался назад, дверь оказалась запертой.
Смешно, конечно. Но только кто теперь помнит Джонатана Вильямса, Хорсли, Крайтон-Стюарта? Даже Айрленд и Каридж почти забыты. А Фрэнк стал владельцем одной из сильнейших команд формулы 1. Хорошо смеется тот, кто смеется последним.
Пока же больше потешались над Фрэнком. Нужда заставила его заняться торговлей. Разъезжая по всей Европе, встречаясь с сотнями водителей английских гоночных машин из Германии и Италии, Франции и Швеции, Бельгии и Чехословакии, он продавал коробки передач, полуоси, тормоза, масло, тысячи разных разностей, нужных любому водителю и механику. Вечерами в меблирашках Харроу Вильяме заключал сделки по телефону, а насмешник Хорсли разыгрывал приятеля, вызывая его от имени клиентов из соседней комнаты. Однако Фрэнк очень скоро отплатил "бормотуну" — продав кому-то колеса от "Брэбхэма" Хорсли. Прошло совсем немного времени, и молодой, небольшого роста англичанин с внимательным взглядом умных глаз стал буквально незаменим в европейской формуле 3. Едва ли не все, кто хотел что-либо купить, должны были обращаться к нему. В 1966 году скромный механик Фрэнк Вильяме превратился еще и в одного из фаворитов европейского первенства — как владелец команды и гонщик!
Продав 14 новеньких "брэбхэмов", он обменял свой видавший виды гоночный автомобиль на машину последней модели, грузовичок "Фольксваген" и механика впридачу. И вскоре в список победителей международных соревнований ФЗ в шведском Кнутсторпе было внесено новое имя — Фрэнк Вильямc.
Итак, первую стену удалось преодолеть. Всего за шесть лет мечтатель из шотландской школы превратился во владельца и "первого номера" гоночной команды. Теперь нужно было приступать ко второй части замысла — стать сильнейшим в мире.
Как ни странно, для начала Фрэнк... бросил гонки. 1967 год он решил посвятить торговле, совершенно резонно рассудив, что о штурме мировых вершин с пустыми карманами нечего и думать. А за год бизнес принесет ему достаточную сумму, чтобы с первоклассной машиной перейти в следующий класс — формулу 2.
И, наступив на горло собственной "водительской" песне, Вильяме окунулся в коммерцию. В то время мотор "Косворт-МАЕ" для формулы 3 стоил порядка 625 фунтов стерлингов, да еще приходилось долго стоять в очереди. Фрэнку двигатель достался через одного из приятелей за пятьсот фунтов. "Ах, какой это был мотор! — вспоминал потом Фрэнк. — Мощный, фантастически быстрый... И он принес мне сто фунтов прибыли. Это — главное!"
Неудивительно, что уже в следующем году Фрэнк открыл в Слау, недалеко от лондонского аэропорта Хитроу, собственную контору. А осенью 1966-го с Пирсом Кариджем отправился в Новую Зеландию на так называемую Тасманскую серию. В те времена это были весьма популярные соревнования, в которых принимали участие многие гонщики формулы 1 на машинах с 2,5-литровыми моторами. И после того как Каридж на "Брэбхэме-ВТ24-Косворт" команды "Фрэнк Вильяме Рэйсинг Карз" выиграл гонку в Теретонге, его друг и хозяин наконец решился.
Зимой, завязав со всякой коммерческой деятельностью, а заодно поставив крест на собственных водительских амбициях, Фрэнк заявил свою команду в чемпионат мира формулы 1. Всего за три с половиной тысячи фунтов он купил шасси "Брэбхэм-ВТ26" у некоего Дейвида Бриджса, который намеревался стартовать в формуле 5000. Еще полтысячи пришлось заплатить Робину Херду, переработавшему машину под новый мотор "Косворт", ибо "родной" двигатель "Репко" был явно неконкурентоспособен.
Машину собирали в подвале одного из гаражей Нортгемптона, а дебютировать она должна была в марте на Большом призе Южной Африки. Однако место на пароходе до Кейптауна стоило дороже самого автомобиля — шесть тысяч фунтов, и бережливый Фрэнк решил, что вполне может обождать до второго этапа чемпионата.

1968, Пирс Каридж на трассе Брэндс-Хэтч


 

От новоиспеченной команды, у которой не было даже собственного автомобиля, сюрпризов, конечно, не ждали. Каково же было всеобщее удивление, когда уже во второй своей гонке Каридж занял второе место в Монте-Карло. А сезон-69 Пирс закончил на восьмой строчке протокола, обойдя самого владельца заводской команды Джека Брэбхэма.

1969, Пирс Каридж, Брэбхэм БТ26, Гран-При Монако


 


Как быстро и легко все получалось! Особенно хорошо это стало понятно Фрэнку в Уоткинс-Глене, где Каридж, обойдя Брэбхэма и второго заводского пилота Жаки Икса (вице-чемпиона мира того года), вновь финишировал вторым. "Брэбхэм был мрачнее тучи, — вспоминал Вильямс. — И когда пришел после гонки в боксы, бросил на меня такой взгляд, что я вдруг понял, почему его прозвали "Черным Джеком"!"
После такого о продолжении сотрудничества между Брэбхэмом и Вильямсом, естественно, не могло быть и речи. Но свою помощь предложил владелец фирмы, строившей дорогие спортивные автомобили, Алехандро де То-мазо. Любопытно, что хотя Фрэнк вложил в дело больше средств, нежели аргентинский промышленник, его считали не более чем менеджером команды "Де Томазо". На этот раз денег на путешествие в ЮАР нашли, однако "Де То-мазо-505" оказался слишком тяжелым и ненадежным. А в Зандфоорте произошла трагедия: из-за поломки передней подвески Пирс Каридж вылетел с трассы, машина загорелась, и старый друг Фрэнка, с которым они не разлучались целых семь лет, погиб.

1970, De Tomaso 505


 

Англичанина на четырех последних гонках сезона заменил австралиец Тим Шенкен, но сам Вильямc долго не мог опомниться от страшной утраты, называя ее самой большой трагедией своей жизни. Хуже того — Фрэнк словно потерял свое чудесное умение. То, что давалось совсем недавно легко и просто, стало вдруг требовать гигантских усилий. Следующие семь лет команда как-будто барахталась в липкой паутине постоянных неудач, а ее хозяин не вылезал из долгов.
В 1971—1972 годах он вместе с Анри Песка-роло и Карлосом Пасе тщетно пытался заставить ездить ненадежные и медленные "марчи". Потом на деньги фабрики игрушек "Политойз", автозавода "Изо" и табачного гиганта "Малборо" строил собственные машины. Но усилия таких конструкторов, как Лен Бэйли, Рон Торанак, Джон Кларк, Рой Стокоу, Джанпаоло Даллара оказались напрасны. Равно как и гонщиков, хотя с Вильямсом работали наряду с множеством середнячков и настоящие звезды — Жаки Икс, Жак Лаффит, Жан-Пьер Жабуй.

Вильямс дает последние указания Кариджу перед Гран-при Монако 1970 года.


 

1971, Анри Пескароло, "Марч-711",  Гран-При Монако


 

И все же Фрэнк не сдавался. Чтобы только остаться в формуле 1, он шел на любые жертвы. Были моменты, когда руководить действиями своей команды приходилось из телефонной будки — аппарат в мастерских в Рединге отключили за неуплату. Несколько месяцев Фрэнк не мог заплатить за дом, и вскоре Вильямсов выселили. В это время Джинни, жена Фрэнка, как раз ждала ребенка...
Но ни разу — ни тогда, в течение этих бесконечных семи сезонов, — ни до, ни после, Вильямс не экономил на своей команде. Пусть ему приходилось покупать носовые обтекатели, антикрылья, монококи и даже использованные колеса и шины у других "конюшен", пусть в его автомобилях ездили пилоты, которые подчас сами платили за это, но механики "Вильямса" всегда получали по самому высокому тарифу. И если была возможность доплатить и купить лучший двигатель, коробку передач, сцепление, Фрэнк, ни минуты не колеблясь, делал это.
И еще одно редкое качество Вильямса помогло ему преодолеть годы постоянных неудач. Несмотря на видимую неприступность, даже суровость, этот безупречно вежливый человек, обладающий тонким юмором, умел находить (и сохранять, что, может быть, даже важнее) множество друзей. В 1969 году он познакомился с владельцем фирмы по производству металлообрабатывающего оборудования Тедом Вильямсом. И на долгие годы они стали близкими друзьями. Тед уважал Фрэнка за его непреклонность и выдержку, не раз выручая, когда судебные приставы являлись описывать имущество. Любопытно, что Вильяме сумел пронять и суровых бизнесменов из "Филип Морриса", и несмотря на сплошные неудачи семидесятых годов на бортах машин Фрэнка красовалась, пусть маленькая, наклейка "Малборо", а значит — не иссякал, пусть тоненький, ручеек "табачных денег".
И все же наступил момент, когда Вильямс дрогнул. В ноябре 1975 года, уступив уговорам канадского миллионера Вальтера Вольфа, он продал ему 60 процентов акций "Фрэнк Вильяме Рэйсинг Карз", которая с этого момента стала называться "Вальтер Вольф Рэйсинг".

Канадский нефтяной магнат Вальтер Вольф (слева) в 1976 году стал хозяином "Фрэнк Вильяме Рэйсинг Карз".


 

Команда Вильямса в 1973 году носила коммерческое название "Изо-Малборо". Слева направо — Фрэнк, итальянский гонщик Нанни Галли, владелец завода "Изо" Ривольта и австралийский пилот Тим Шенкен.


 

Но кто платит, тот и заказывает музыку. И в конце концов новый хозяин присмотрел своего человека на должность... самого Вильямса, возложив на Фрэнка заботу о рекламе. На первый Гран-при сезона-77 бывшего шефа не взяли. "Это был неожиданный и очень болезненный удар, — вспоминал он. — Я больше не был тем человеком, кем за долгие годы привык себя считать. И чувствовал себя опустошенным и никому не нужным стариком".
С этого момента к Фрэнку как-будто вернулось его удивительное умение. Впереди была, наверное, самая высокая и глухая стена в его жизни. После постоянных поражений, после того, как его, попросту говоря, выбросили на улицу, признав неудачником и неумехой, Вильямсу предстояло начать все сначала. Воистину, в такой ситуации нужно было безгранично верить в себя и не замечать никаких препятствий. И всего через два года он эту стену прошел!
Сам Фрэнк говорил потом, что все было готово задолго до того. Что ему нужны были всего лишь богатый спонсор, гениальный конструктор и хороший гонщик.

В 1978 году все составляющие его плана наконец соединились. Еще в сентябре 1975 года Вильямс пригласил в свою команду молодого инженера Патрика Хеда. Именно он оказался тем самым гением. А в 1977 году старые друзья, работавшие в рекламном отделе лондонского представительства саудовской авиакомпании (вот когда пригодилось бесценное умение приобретать друзей!) свели Фрэнка с ее президентом. Так в феврале 1977 года на антикрыльях "Марча-761 В", на котором ездил бельгиец Патрик Неве, появилась надпись "Флай Саудия". Потом еще один старый друг и бывший сосед по квартире Чарли Край-тон-Стюарт посоветовал обратиться к саудовским принцам Султану и Фахаду. И наконец майской ночью 1978 года, увидев на лондонской Парк-Лейн сверкающий свежей краской новенький "Вильямс-F\/\/06", сын правителя Эр-Рияда принц Мохаммед похлопал англичанина по плечу: "Мы позаботимся о вас, Фрэнк!"

"Марч-761В", на котором в 1977 году выступал бельгиец Патрик Неве, впервые нес на себе рекламу "Флай Саудия".


 

1978. Фрэнк и Патрик Хэд на фабрике Williams в Дидкоте, Оксфордшир.


 

В 1977 году бюджет команды составлял двести тысяч фунтов стерлингов. Через год он вырос втрое, в 1979-м достиг миллиона фунтов, а в следующем — еще удвоился. Сын бедной учительницы, за пятерку голышом бегавший по улицам, стал владельцем одной из самых богатых команд формулы 1.
Все получилось так, как говорил Фрэнк — к богатым спонсорам из Саудовской Аравии и конструкторскому таланту Патрика Хеда добавилось несомненное мастерство австралийца Алана Джонса, и вот уже в 1979 году в копилке "Вильямс Гран-при Инджиниринг", как с 1977 года называлась команда, пять побед на этапах чемпионата мира, второе место в Кубке конструкторов и "бронза" в личном зачете.
А вскоре пришли и чемпионское звание, и командная победа. Потом еще и еще. Очередная стена оказалась так же преодолима, как все предыдущие. Казалось бы, теперь можно успокоиться. Ведь одно дело — человек голодный и нищий, стремящийся во что бы то ни стало занять свое место под солнцем, и совсем другое — богатый и сытый, достигший всех мыслимых вершин, которые только возможны в автоспорте, обласканный прессой и даже правительством. К чему теперь самоотречение, к чему жертвы? Детей можно отправить в самые привилегированные учебные заведения, а с женой, которая столько вынесла, скрываясь от долгов и краснея перед соседями, закатиться отдыхать на Канары или Гавайи.
Но в жизни Вильямса все осталось по-старому. Да, его команда стала богатой, в новых зданиях в Дидкоте появились десятки сотрудников и новейшее оборудование, своя аэродинамическая труба. Но все, что не касалось непосредственно конструирования и производства автомобилей, там было скромно и просто, если не сказать аскетично. И настороженность во взгляде из-под нахмуренных бровей самого Фрэнка не пропала. "Уж этот мне Вильямс! — сказал как-то телекомментатор Би-Би-Си Марри Уокер. — Работать с ним — сущее наказание. Он так и норовит уйти от ответа и даже вообще избежать интервью".
"Да, это совсем непохожая на других команда, — вторил ему другой английский журналист, Даг Най. — Вся — в своего хозяина! Во время гонки они стоят, кажется, вместе со всеми, но все-таки чуточку особняком. На лицах написана высшая степень ответственности — ведь здесь происходят состязания автомобилей, а это опасно. И как трогательно, когда они стараются не очень выказывать свою радость в случае победы гонщика "Вильямса": ни Фрэнк, ни Патрик не одобряют буйных проявлений чувств. Знаменитая "чопорная верхняя губа" истинного англичанина!"
И это испытание Вильямс легко преодолел — глас медных труб вовсе, кажется, не коснулся его ушей. Но у судьбы в запасе множество неожиданностей — "смелый сам налетит, робкого Бог нанесет".

Детище Патрика Хеда, Вильямс-FW06", за рулем которого Алан Джонс финишировал вторым в Гран-при США 1978 года.


 

После трех не слишком удачных лет — всего-то шесть побед! — сезон-86 "Вильямc Гран-при Инджиниринг" встречала в ранге одного из главных фаворитов. Тому порукой был и звездный пилотский состав — перешедший из "Брэбхэма" двукратный чемпион мира Нельсон Пике и заявивший наконец о себе в полный голос Найджел Мэнселл. Но главное — самый мощный к этому времени турбонаддувный двигатель "Хонда".
Первый же этап чемпионата, Гран-при Бразилии, как и следовало ожидать, легко выиграл Пике. Но Фрэнк смотрел эту гонку по телевизору. Из больницы в предместье Лондона. Перед стартом многие пилоты и менеджеры собрались перед телекамерой с плакатом: "Фрэнк, мы хотим, чтобы ты поскорей возвращался!" Он и вернулся. Но только спустя несколько месяцев и в инвалидной коляске. Злосчастная автомобильная авария — это произошло, когда Вильямc ехал с одного из французских автодромов после предсезонных испытаний — оставила его на всю жизнь инвалидом.
Каково было стать предметом всеобщего жалостливого участия человеку, который вообще не любил излишнего внимания к своей персоне! Каково было навсегда лишиться свободы передвижения человеку, если и признававшему какой-то способ отдохновения от автогонок, так это возможность побродить по полям в своем поместье, которое он называл "лучшими во всей Англии двумя тысячами акров". Теперь же Фрэнку остались лишь классическая музыка и стихи — их он и раньше любил, ныне же, естественно, посвящал и тому и другому куда больше времени.
Но гонки по-прежнему занимали в жизни Вильямса главное место. "Нет, единственное место!" — как сказал он в одном из интервью в конце восьмидесятых годов. А тогда, в восемьдесят шестом, первый журналист, с которым встретился инвалид Вильяме, был тот самый Уокер из Би-Би-Си. Джинни, жена Фрэнка, чтобы подбодрить телекомментатора, чувствовавшего себя не в своей тарелке, налила ему бокал шампанского, сказав: "Говорите с ним, как в любое другое время. Это тело его повреждено, но не дух". А первое, что произнес Фрэнк, еще до того, как включили телекамеру: "Прошу вас, Марри, не бойтесь задеть меня неловкой фразой. Спрашивайте обо всем, что придет вам в голову".
Вскоре Вильямc вновь появился на гонках во главе собственной команды, и все пошло своим чередом. Правда, чемпионский титул в 1986 году они упустили. И многие считали — именно из-за того, что в отсутствие Вильямса Патрик Хед не сумел примирить двух "петухов", Пике и Мэнселла. Может, оно и так. Но и раньше в "Вильямсе" происходило подобное — вспомните хотя бы 1981 год, когда из под носа у поссорившихся Джонса и Рейтемана увел чемпионское звание Пике.
Фрэнк вообще не склонен относиться к своим пилотам — какими бы звездами те ни были — с большим пиитетом. Когда ушел Прост, например, Фрэнк, похвалив его от всей души, все же заметил: "Как у всех больших пилотов, у Алена невероятно высокое ощущение собственного я, его "эго". Но это "эго" присутствует и у нас в не меньшей степени, знаете ли". А вскоре, когда его спросили, как он относится к приходу в свою команду великого Сенны, Фрэнк бесстрастно произнес: "Это очень важное событие для нас. Однако не более важное, нежели любое другое... очень важное событие. Айртон лишь продолжает великолепный ряд талантливых пилотов, с которыми мы вместе работали — Джонс, Росберг, Мэнселл, Прост".
Все когда-нибудь кончается. Потихоньку закатывается звезда "Скудерии Феррари". Начинает, похоже, слегка надоедать формула 1 шефу "Мак-Ларена" Рону Деннису. Тонет когда-то казавшийся несравненным "Лотос", забыты "Брэбхэм" и "Сертиз", "Хескет" и "Вольф". Когда же устанет проходить сквозь стены хозяин "Вильямса"? "Что за дурацкий вопрос, — сказал как-то Фрэнк. — Мне это даже в голову никогда не приходило. С тех пор, как я был маленьким мальчиком, ни одной минуты не хотел заниматься чем-нибудь другим. Я просто одержим победами. И надеюсь, что одержимость эта пройдет только в тот день, когда меня зароют!"


 

1968, Январь. Пирс Каридж


 

Пирс Каридж


 

1968, Монца, Каридж


 

1972, Харама, Карлос Пасе


 

1972, Южная Африка, Анри Пескароло. Позади - Ники Лауда


 

1973, Зандфоорт. Хоуден Генли


 

1973, Монако, Нанни Галли


 

1974. Первый автомобиль с индексом FW - FW01. Буэнос-Айрес, Артуро Мерцарио


 

1974, Зандфоорт. FW01. Гонщик с непереводимым именем Gijs van Lennep.


 

1974, FW02. Дижон, Артуро Мерцарио


 

1974, FW03, Харама, Мерцарио


 

1973, Уоткинс Глен, Мерцарио


 

1975 FW02, Южная Африка, Жак Лаффит


 

1975, FW03, Буэнос-Айрес, Мерцарио


 

1975 FW04 Ле-Кастелле, Лаффит


 

1976 FW05, Бразилия, Жаки Икс


 

1976 FW05, Цельтвег, Мерцарио


 

1977, Патрик Неве


 

1978, FW06, Монако, Алан Джонс


 

1979 FW06, Лонг Бич, Алан Джонс


 

1979, FW07, Дижон, Алан Джонс


 

1979, FW07, Цольдер, Клей Регаццони


 

1980, Алан Джонс


 

1980, FW07, Карлос Рейтеманн


 

1981, FW07C, Монако, Карлос Рейтеманн


 

1982, Дижон, Кеке Росберг


 

1982, FW08, Монца, Росберг


 

1982, Цельтвег, битва Росберг-Элио де Анджелис


 

1983, FW08C, Рио де Жанейро, Жак Лаффит


 

1983, FW09, Южная Африка, Лаффит


 

1984, FW09, Монако, Росберг


 

1984, FW09B


 

1984, FW09B, Зандфоорт, Лаффит


 

1985, FW10


 

1985, FW10, Сильверстоун, Кеке Росберг


 

1986, FW11. То самое чудовище с бешеным турбомотором Хонда


 

1986, Аделаида, Найджел Мэнселл


 

1986, Эшторил, Мэнселл


 

1986, тот самый шикарный взрыв покрышки в финальной гонке, оставивший Williams с носом.


 

1987, FW11B


 

1987, FW11B, Аделаида, Риккардо Патрезе


 

1988. Имола. FW12 с невнятным атмосферным мотором Judd. Хонда спелась с Маклареном...


 

1989, FW12C, Сильверстоун, Патрезе.


 

1989, FW12C, Спа, Тьерри Бутсен


 

1989, FW13, Аделаида, Бутсен


 

1990, FW13B, Моджо (Mogyorod), Тьерри Бутсен


 

1991, FW14, Монако. На переднем плане-Стефано Модена на Тиррелле, финишировавший третьим (небывалый успех)


 

1992, FW14B, Мехико, Мэнселл. На заднем плане молодой Михаэль Шумахер (Бенеттон) наседает на товарища по команде, Брандла.


 

1993, FW15, Хоккенхайм. Стычка Сенна-Прост


 

1993, Южная Африка, Ален Прост побеждает в первой гонке сезона.


 

1994, FW16, новичок команды Дэвид Култхард


 

1994, Мэнселл


 

Всё. Дальше уже неинтересно. И фотографии Сенны за рулём FW16 не будет тоже.

Comments

Угрюмый клавишенажиматель
alacsony 13.10.08, 22:58 (UTC)
Отличный пост.
lipton_sm 14.10.08, 2:19 (UTC)
Отлично!
fff_spb
fff_spb 14.10.08, 3:48 (UTC)
Я побрюзжю, конечно:).
"Стычка" Сенна-Прост - это про Хокку? Весьма эпическая была битва:). Стычка - это про де Чезариса и 22-е место.
Мэнселл на Вилках в 94-м есть, Кулек в Испании того же года есть. На мой вкус, Сенна бы не помешал для комплекта, но здесь, разумеется, авторский подход.
Ну и - о боже - "ливневая" Кьялами`93? Откуда вы это взяли?
А так - спасибо, конечно. Фрэнк, наверное, выкрутится. В крайнем случае, есть шанс, что и у него, и у менеджмента Тойтоты возобладает, наконец, здравый смысл.
Максим Русов
nekudza_max 14.10.08, 5:45 (UTC)
Спасибо за отличный пост
ex_danilav 14.10.08, 5:46 (UTC)
Ясно, что ничего не ясно...
Но, даже если Williams станет как Minardi, я все равно буду любить эту команду, а если разделит участь Lotus и Brabham, то смотреть Ф1 уже не буду...
Victogan
victogan 14.10.08, 7:09 (UTC)
>1993, Южная Африка, Ален Прост побеждает в ливневой гонке.

Обратите внимание Ален едет на сликах. серьёзный дождь ливанул за 2 круга до финиша, ни у кого даже и в мыслях не было заезжать за дождевой резиной.
Mitas Maeglion
m_maeglion 14.10.08, 8:07 (UTC)
Нынешние слики и посуху-то не сказать чтоб хорошо работают :) Плюс, это 93 год, время расцвета электроники... Победивший в ливень в Донингтоне того же года Сенна говорил что это было легко - машина ехала почти как по рельсам.
_joliet_jake
_joliet_jake 15.10.08, 21:03 (UTC)
Да, верно. Я забыл. Скачал и пересмотрел эту гонку - бедняга Уоруик :)
Ливень был огого, но часть трассы осталась совершенно сухой. Какие странные в Африке тучи...
name_zh
name_zh 14.10.08, 8:50 (UTC)
великолепно! Большое спасибо!
Аксиома aka Эстель
aksioma_tg 14.10.08, 11:37 (UTC)
Спасибо, интересный пост :)
lance_f1 16.10.08, 18:10 (UTC)
Болею за вилок с самого начала просмотра Ф1 и буду болеть до конца.
пост бомба ))
Начните ветвь обсуждения, написав новый комментарий.